Гавричков Григорий Яковлевич
«Мой прадед, Григорий Яковлевич Гавричков, любил свою малую родину, был добрым, веселым человеком. Он трудился в колхозе бригадиром, участвовал в художественной самодеятельности. Супруга Александра родила ему четверых детей – Полину, Евгения, Тамару и Валика. Но война внесла свои коррективы…» – рассказывает Татьяна Белякова, специалист 1 категории участка № 12.
На войну с родной Брянской земли Григорий Яковлевич уходил дважды – в 1939-м и 1941-м годах. В первый раз 32-летний Григорий Гавричков отправился на поля сражений Советско-финляндской войны. Спустя два года он защищал Родину от немецко-фашистских захватчиков.
Под поселком Клетня современной Брянской области Григорий Гавричков попал в плен. Как известно, плененных солдат советская власть не жаловала и считала предателями, поэтому после освобождения Григорий Яковлевич был отправлен в штрафной батальон. На долю штрафбата выпадали самые тяжелые сражения…
«Прадедушка сражался на передовой, получил серьезные ранения рук и ног, – делится Татьяна. – Знаем мы о нем не так уж много, но и этого хватает, чтобы понять главное: своей жизнью он показал, что такое любовь к Родине».
Горелов Сергей Терентьевич
Второй прадед Татьяны Беляковой тоже родился на Брянской земле и участвовали в Великой Отечественной войне. Судьба Сергея Терентьевича Горелова особенно трагична.
Уроженец Почепского района, Сергей Горелов имел крепкое домашнее хозяйство. Он родился в 1908 году в деревне Емельяновка, был крестьянином-середняком. Был женат на Анастасии Ковалевой, у них было четверо детей, самый младший умер в войну от голода.
В 1942 году Сергей Горелов ушел на фронт. К сожалению, ни одного письма от мужа и отца семья так и не получила.
«В апреле 1944 года прадедушка пропал без вести, – говорит Татьяна. – После войны односельчане рассказывали его жене, что видели Сергея, и описания эти были очень горькими. Говорили, что прадедушку без рук и ног видели в районе Берлина – он передвигался ползком…».
Точных сведений о том, что случилось с Сергеем Гореловым и где он упокоен, к сожалению, нет.
